Интервью с Ринеке Дейкстрой

ИНТЕРВЬЮ С РИНЕКЕ ДЕЙКСТРОЙ
11 октября 2013

Ринека Дейкстра снимает портреты в основном детей и подростков. Она считает, что они более открыты для фотографии, и ей особенно интересен факт их переходного состояния. Их неуклюжесть, которая может до определенного уровня усиливаться, если их фотографировать их в общественном месте.

В 1994 году она встретила в центре для Боснийских беженцев маленькую девочку. Она сфотографировала эту девочку, Алмерису, и через пару лет заинтересовалась, что с ней случилось, и когда нашла ее, то начала снимать серию портретов.

РИНЕКЕ ДЕЙКСТРА: Я получила задание сфотографировать детей беженцев, чтобы привлечь внимание к ужасной ситуации, в которой оказались эти дети. Они находились в центрах для беженцев целый день. Я попросила ее надеть красивое платье, потому что эти фотографии планировалось выставлять.

АЛМЕРИСА СЕРИК: Я встретила ее в центре для беженцев в Лейдене, в Нидерландах. Мне кажется, прошел всего один месяц как мы прибыли в Голландию, так что я не умела говорить по-голландски, не знала голландский язык. Однажды в центр пришли несколько фотографов, и за целый месяц больше ничего не происходило. Каждый день был похож на предыдущий и вдруг появилось, чем заняться. Я помню комнату, большую комнату, где стояла Ринеке и она снимала двух других Боснийских девочек и я начала плакать, потому что я тоже хотела быть на фотографии. Неожиданно она заметила меня и подошла. Она спросила: «Почему ты плачешь?» Я не знаю, как я объяснилась, но она поняла меня, что я хочу быть на фотографии, и она попросила меня переодеться и надеть что-нибудь красивое. Я побежала к маме, и моя мама дала мне это красивое платье которые вы видите на фотографии.

ДЕЙСТРА: Я сняла эту фотографию, и два года спустя посмотрела на нее, и мне она очень понравилась, и мне стало интересно, что стало с этой девочкой. Я позвонила в центр, и они сказали мне: «Она здесь больше не живет, но у них есть квартира в Нидерландах». Они дали мне телефон и я позвонила семье Алмерисы и мы встретились снова и с тех пор стали друзьями. Я стала навещать их, примерно каждые шесть месяцев, и я стала снимать Алмерису каждые два года. Так что то, что вы видите в этой серии – это девочка, которая прибыла из Восточной Европы, и которая развивается из ребенка, из зарубежной страны, в молодую голландскую женщину.

СЕРИК: Каждая фотография снята в моем доме, я в своей лучшей одежде или в одежде в которой мне комфортно. Она всегда позволяла мне самой выбирать, что одеть и я очень этому рада. Я помню для третьей фотографии я, и моя мама пошли покупать одежду. Она – новая, куплена специально для Ринеки. Еще я сделала себе рисунок божьей коровки на ногтях. Вы бы никогда не заметили этого, если бы фотография не была такой большой. Лучший способ описать мои фотосессии с ней – это была как терапия для меня. Мы сидели и говорили обо всем: что происходит в моей жизни? Что я делала? С кем я общалась? Какие трудности попадались на моем пути, с мальчиками или со школой или с родителями. И когда она замечала у меня позу, в которой я, как ей казалось, я выражаю себя лучше всего, то она говорила: «Окей, замри, не двигайся», а я такая: «Да, но …» и «щелк»: «Окей, продолжай говорить».

Ринеке всегда удавалось поймать правильный момент, где вы можете увидеть, что я чувствую. Я вижу себя растущей из девочки, которая приехала из Боснии в странную страну с другим языком, и у которой с собой были только родители, а все остальное было новым для меня. Так что когда я сейчас смотрю на эти фотографии я понимаю насколько мне повезло, что у меня есть серия фотографий меня растущей, и превращающейся в взрослую с моими собственными детьми.

ДЕЙКСТРА: У Алмерисы здесь всегда есть стул и стул меняется, я чувствую, что если вы используете одинаковые элементы, то вы начинаете сравнивать фотографии между собой. Так что они начинают говорить друг с другом и оказывают влияние друг на друга.

СЕРИК: Стул представляет мою жизнь. Это так, потому что когда я приехала в Нидерланды, я сидела на пластиковом стуле. И вы видите стул во всех фотографиях, иногда это тот же стул, но стул всегда лучше и красивее и я сравниваю его со своей жизнью. Когда я приехала в Нидерланды моя жизнь была неустойчива как пластиковый стул, а теперь я сижу на деревянном стуле, который более стабилен и мои ноги стоят на земле, и я держу своего первого ребенка.

— Перевод Михаила Конинина, 31.03.2017

Оригинал: http://www.portrait.gov.au/magazines/45/interview